Давайте выпьем
 

Максим и Федор

вещь в трех частях
Как и все, что я делаю,
ПОСВЯЩАЕТСЯ
Игорю Константинову.
 

   "Все казалось ему странным в этом мире, созданном как будто для быстрой насмешливой игры. Но эта нарочитая игра затянулась надолго, на вечность, и смеяться уже никто не хочет, не может... Внутри бедных  существесть чувство их другого, счастливого назначения, необходимого и непременного, - зачем же они так тяготятся и ждут чего-то?"

А.Платонов

Часть первая

МАКСИМ И ФЕДОР

М Ы С Л И
афоризмы, максимы, федоры



   Один Максим отрицал величие философии марксизма.  Однако,  когда  его вызвали куда надо, отрицал там свое отрицание, убедившись  тем  самым  в справедливости закона отрицания отрицания.
   -----
   Максим презирал безграмотность и  невысокие  интеллектуальные  данные своего друга Федора и любил подчеркнуть, что они друг с другом -  полная противоположность. Нередко на этой почве между ними разворачивалась  ругань и даже драка. Как-то раз, крепко вломив Федору, Максим с  удоволетворением отметил, что овладел законом единства и борьбы противоположностей.
   -----
   Знакомый Максима Петр (о нем подробнее речь впереди) с детства  испытывал неодолимую тягу к самоубийству. Идя по мосту, он нередко не выдерживал искушения покончить счеты с жизнью - и бросался вниз... Остальную часть пути одумывающийся Петр преодолевал вплавь.
   Суицидальные настроения, обуревающие впечатлительного юношу, помогли ему приобрести отличную закалку и данные спортсмена-разрядника.
   Максим, комментируя это дело, с благодарностью отозвался о законе перехода количества в качество, которым не стоит брезговать.
   -----
   Вскоре Максим с такой силой овладел философией марксизма, что мог без труда изобретать новые непреложные законы развития человеческого общества. Так, глядя на своего друга Федора, да и просто так,  допивая  вторую бутылку портвейна, Максим часто говорил: "Одинаковое  одинаковому - рознь!"
   -----
   У Максима было много сильных мыслей, даже трудно специально выделить. Так, например, его часто посещала необыкновенной силы мысль: "Где занять четвертной?"
   -----
   Случалось, что и Федор мог кое-чему научить Максима. Так, однажды Максим дал Федору почитать одну книгу (из тех, о которых лучше не разговаривать с малознакомыми людьми). Федор пришел на бульвар почитать, однако замечтался, попил пивка, да и не заметил, как посеял книгу.
   - А где книга? - осведомился Максим вечером.
   - Посеял, - отвечал Федор.
   Максим осыпал Федора бранью, однако последний, не сплошав, спросил:
   - А что, книга была хороша?
   Максим в ответ лишь заскрежетал зубами. Тогда Федор продекламировал строки Некрасова:
  Сейте разумное, доброе, вечное!
  Сейте - спасибо вам скажет сердечное
  Русский народ!
   Максим, не зная, как возразить, лишь скрежетал зубами.
   -----
   На алтарь мысли Максим мог положить все, даже предметы первой необходимости.
   Однажды он сказал:
   - Когда я думаю, что пиво состоит из атомов, мне не хочется его пить.
   -----
   Знакомый Максима Петр любил рассуждать в том смысле, что человеку все доступно и прочее.
   Максим хмуро прослушав эти рассуждения, подобно баснописцу Эзопу, молвил: "Тогда выпей из дуршлага!" - и, хлопнув дверью, вышел.
   -----
   Заметив, что Максим пьет, не закусывая, Федор осведомился, не обВясняется ли это тем, что Максим вспомнил о молекулярно-атомной структуре закуски.
   Максим гордо помотал головой и сказал: "Кто не работает, тот не ест!"
   -----
   Вот какая реплика приписывается Максиму, хотя это недостоверно.
   Федор с похмелья начинал нескончаемый рассказ про исчезнувших собутыльников, или про то время, когда он учился в школе, или про какие-то деревни. Федор рассказывал бессвязно, надолго замолкая, иногда минут  на пять ограничиваясь одними междометиями или жестами.
   Петр, если не выходил сразу, то мучился, скучал, слонялся по комнате, перебивая Федора своими эскапистскими романтическими байками.
   Максим, заметив неприязнь Петра к рассказам Федора, сказал: "Даже о литературном произведении нельзя судить по содержащимся в нем словам!"
 


С А Д К А М Н Е Й
хокку, танки, бронетранспортеры

   Идет Максим по тропке между круч.
   Но, поравнявшись с сакурой,
   Застыл, глотая слезы. ---

   Проснулся Федор с сильного похмелья -
   лежит в саду японском под сакурой,
   и плачет, сам не зная, как сюда попал. ---

   К станции электрички,
   шатаясь, Федор походит.
   Головою тряся,
   на расписание смотрит:

   Микасе, Касуга, Киото,
   Авадза, Инамидзума,
   и дальняя бухта Таго.
   Что ж? С таким же отчаяньем
   смотрел он и раньше и видел:
   Рябово, Ржевка, Грива,
   Пискаревка, Всеволжск
   и дальняя Петрокрепость.

   Ледяные, злые перроны. ---

   Подбитым лебедем упал под куст сакуры Федор,
   Когда Максим ему вломил промеж ушей. ---

   Максим по тропке шел.
   Навстречу - Федор.
   Максим его столкнул.
   - Ты что толкаешься?! - вскричал с обидой Федор.
   - А что ты прешь, как танк? - ему Максим в ответ спокойно.
  ---

   Феномен чоканья желая изучить,
   Максим и Федор взяли жбан сакэ.
   И день, и ночь работали упорно.
   Наутро встали -
   В голове как бронетранспортер. ---

   В саду камней сидел часами Федор,
   Максима ожидая -
   Максим по лавкам бегал за сакэ.
 

  ---

   Максим стоял с поднятым пальцем.
   Федор ржал.
   Так оба овладели дзен-буддизмом. ---

   Японский друг принес кувшин сакэ.
   Максиму с Федором с учтивою улыбкой
   для закуси велел сакуры принести.
   А те, японским языком владея не изрядно,
   ему несут не сакуру, но куру. ---

   Японский быт вполне освоил Федор,
   И, если раньше на кровати спал,
   то после трапезы с японскими друзьями
   валился прямо на циновку, не в силах
   до кровати доползти. ---

   В тень сакуры присел, мечтая, Федор
   и, том Рансэцу пред собой раскрыв,
   достал махры и вырвал лист на самокрутку.
   Картинок не найдя, отбросил том
   и погрузился в самосозерцанье. ---

   Склон Фудзи выползает из тумана.
   Максим и Федор по нему идут,
   Обнявшись, головы клонят друг к другу...
   Эх, Хокусая б счас сюда!... ---

   Как брызги пены над ручьем - вишневый цвет.
   На тонком мостике сидят Максим и Федор,
   И изумрудной яшмою меж ними блещет
   Бутылка в фокусе стуящихся лучей.
   Счастливая весенняя прохлада... ---

   Максим ученика Петра работой мучил:
   Уборку делать заставлял, сдавать посуду.
   Нередко делать харакири заставлял. ---

   Максим Петра как мальчика мог бить
   Наследьем классиков.
   Ударил в рыло Хокусаем;
   Двухтомником Акутагавы
   по хребтине дал. ---

   ЯПОНСКАЯ ПЛЯСОВАЯ: Солнце вышло из-за Фудзи, По  реке  поплыли  гуси. Молвил Федору Максим: - Ну-ка, сбегай в магазин!

  ---

   К бутылке Федор жадно приложился -
   и враз пустая стала.
   Максим не знал - смеяться или плакать. ---

   В глубоком самосозерцаньи Федора застав,
   Максим, тревожить друга не желая,
   один все выпил перед сном, что было в доме.
   Проснувшись, он с раскаяньем заметил:
   от слез у Федора все рукава мокры. ---

   Ночь скрыла все.
   Прибой шипит во тьме.
   Максим, дрожа, на кухне воду пьет.
 


Т У Д А - О Б Р А Т Н О
дзен-буддистские притчи и коаны



   Как-то утром Максим, будучи в сильном похмелье, сидел, обхватив голову руками и раскачиваясь из стороны в сторону. К нему подошел Федор и обратился с вопросом:
   - В чем смысл буддизма?
   - Да иди ты в жопу со своим буддизмом! - слабо закричал Максим.
   Федор, пораженный, отошел.
   - - -
   Один юноша - Петр, - наслышавшись о философских достижениях тогда еще не знакомого ему Максима, пришел к нему домой и обратился к Федору, которого он по ошибке принял за Максима, с вопросом:
   - В чем смысл прихода боддисаттвы с юга?
   Подумав немного, Федор спокойно ответил:
   - Не знаю.
   В это время в разговор вмешался Максим и сказал:
   - А пошел ты в жопу со своим боддисаттвой!
   Пораженный Петр, славя Максима и Федора, ушел.
   - - -
   Другой юноша, Василий, услышав от Петра о случившемся, пришел к  Максиму и Федору и обратился к последнему с вопросом, не посоветует ли  ему тот поступить в монастырь. Федор, разминая папиросу, безмолвствовал.
   В разговор вмешался Максим и сказал:
   - Да иди ты хоть в жопу!
   Просветленный Василий не знал, чей ответ лучше.
   - - -
   Ученик Василий подарил Федору книгу Дайсэцу Судзуки "Жизнь по дзену". Федор спросил у Максима, как бы ему поступить с подарком.
   - А хоть в сортир вешай, - отвечал Максим.
   Просветленный Федор так и поступил.
   - - -
   Однажды Федор осведомился у Максима:
   - В чем смысл дзен-буддизма?
   Тот исподлобья глянул на Федора и звезданул его по больному уху.
   Федор, не утерпев, ответил ударом в поддыхло. Максим, превозмогая боль, продолжил урок - дал Федору в глаз, сделал ему шмазь и напоследок, когда Федор уже повернулся, чтобы уйти, дал ему поджопник. Федор вышел.
   - - -

   Как-то ночью, проснувшись с сильного похмелья,  Федор  очень  захотел пить. Не зажигая света, он вышел на кухню, нащупал на полке бутыль и начал пить. Сделав первый глоток, он понял, что ошибся, и в бутыли не вода, как он предполагал, а керосин.
   Однако Федор с такой силой овладел дзен-буддизмом, что нашел в себе мужество не исправлять ошибки и спокойно допил бутыль до конца.
   - - -
   Федор, когда бывал пьян, любил поиграть с котом. Однажды утром, проснувшись с сильного похмелья, он обнаружил, что вчера, играючи, засунул кота в бутылку, откуда извлечь последнего нет никакой возможности. Разбивать же бутылку конечно жалко.
   Однако, уроки дзен-буддизма не прошли даром - Федор, не  задумываясь, нашел правильное решение и сдал на приемный пункт бутылку вместе с котом.
   - - -
   Федор, когда испытывал просветление, сильно радовался и кричал. Соседи часто упрекали его за эти крики, а однажды написали заявление в жилконтору. Из жилконторы пришла повестка с приглашением в нарсуд...
   Федор осведомился у Максима, что делать с повесткой.
   - Хоть задницу вытирай, - был ответ Максима.
   Федор так и сделал.
   - - -
   При входе в дом Максима и Федора лежала деревянная калабаха. Федор, проходя мимо, всякий раз говорил:
   - Во, калабаха!
   Петр, ученик Максима, однажды вскричал:
   - Да что ты каждый раз говоришь? Я давно знаю, что это калабаха!
   Шедший рядом Максим поднес кулак к носу Петра и сказал:
   - А это ты видел?
   Пораженный Петр все понял и отчалил.
   - - -
   Петр заметил, что у Федора есть странная  привычка:  отстояв  длинную очередь у пивного ларька, тот в последний момент не брал пиво, а отходил, правда, с заметным услилием. Петр заинтересовался, зачем Федор  это делает, если через пять минут он все равно возвращается в очередь. Федор твердо ответил:
   - Чтобы творение осталось в вечности, не нужно доводить его до конца.
   Петр хлопнул себя по лбу и удалился.
   - - -

   Вот случай крайне недостоверный, но не стоит брезговать и такими сведениями о Максиме и Федоре.
   Один раз Максим спросил: в чем, по мнению  Петра,  заключается  смысл дзена?
   - Дзен, - сказал Петр, любивший сравнения изящные,  но  недалекие, - это умение разлить два полных стакана водки из одной четвертинки.
   - Из пустой, - добавил Василий.
   Максим перевел взгляд на Федора.
   - И водку не выпить, - молвил Федор.
   Максим удовлетворенно кивнул головой, сказав:
   - И в стаканы не разливать.
 


МАКСИМ МОНОГАТАРИ

   Жил-да-был один Максим. Один раз он, как говорят, сказал даме, которая работала продавщицей в магазине "Водка - Крепкие напитки":
  Бодрящий блеск
  Зеленой и красивой травы
  Соком забвения стал...
  Гадом буду -
  Еще за одной приду!
   А продавщица в ответ ничего не сказала, только бутылку "Зверобоя" из ящика достала и одной рукой ему подала.

   *

   Жил-был Максим. Вот как он однажды сказал даме, работающей  продавщицей в магазине "Водка - Крепкие напитки":
  Когда бы Клеопатра сама
  Моей возлюбленной была,
  Навряд ли столько огненного жару
  Я получал из рук ее,
  Сколь ты небрежным взмахом мне даешь...
   А продавщица в ответ бутылку обтерла и  перед  Максимом  на  прилавок поставила, но ничего не сказала, может, не поняла или плохо  расслышала, не знаю.

   *

   Жил-был кавалер по имени Максим. Случилось однажды ему так сказать продавщице в винном отделе гастронома:
  Потрясающе стремительные,
  Бегут дни нашей жизни,
  Подобно току в электропроводах.
  Не ты ли, красавица, столб,
  Кой тот провод над землей вздымает?
   Может, и ответила бы ему что-нибудь та дама, но не  случилось  этого, потому что другой кавалер, по имени Петр, оказавшийся тут, так поспешил молвить, наверняка на то основание имея:
  Это верно ты сказал
  Про потрясающе стремительные дни,
  Подбные току в проводах,
  Которые опору вот в таких столбах имеют.
  Без опоры и провод порвется!
   Так, славя и воспевая ту даму, оба кавалера, однако, ту даму оставили, не дождавшись от нее ответа, и из магазина быстро пошли домой.

   *

   Жили три кавалера. Первый кавалер носил имя  Максим.  Второй  кавалер носил имя Федор. Третий кавалер носил имя Петр. Один  раз  кавалер  Петр вскочил из-за стола, за которым все трое сидели, обмотал шарф вокруг шеи и груди, быстро пошел в гастроном, чтобы увидеться, видимо, с дамой, которая работала продавщицей в винном отделе.  И,  увидев,  что  гастроном открыт и дама та за прилавком стоит, задышал сильно и так сказал (вот как умели сказать молодые люди в те времена!):
  Да, не зря Максим сказал
  Про потрясающие дни нашей жизни,
  Про столбы и гудящие провода,
  Вторящие гулу земли,
  И еще выше звенят облака...
   Дама ничего не ответила, видно, не почувствовала, что Петр хотел обВяснить про счастливую возможность держать жизнь в кулаке.

   *

   Жили-поживали не так давно Максим и Петр. Случилось так, что оба  эти кавалера стояли в очереди у пивного ларька, и один из  них, а именно Петр, о жизни непутевой заскорбел, что ли, не знаю, или слишком не понравился ему тот двор, где ларек стоял, а только молвил он так:
  Через пролив на утлом челноке
  Бесстрашный некто плывет,
  Отважный, с пламенем в груди,
  И брызги пены на ботфортах.
  А тут пивная пена, грязь...
   А Максим ему в ответ: А тут пивная пена, грязь, Но если сквозь  туман научишься смотреть, Увидишь, как с отвагой на челе Через пролив свирепый мы плывем И клочья пены на ботфортах!
   Петр, услышав это, затопал ногами и заплакал от восторга, да и мало кто из стоявших в очереди смог удержаться от слез, некоторые даже упали и лежали в грязи, распевая песни, и только дама, продававшая пиво, ничего не сказала - от волнения, что ли. Или, может, плохо расслышала.

   *

   Вот как однажды сказал один кавалер по имени Максим  даме, которая продавала разливное пиво в ларьке:
  Как может берег с волною расстаться?
  Или гора Фудзи со снегом?
  Видела меня вчера -
  Увидишь сегодня и завтра.
  Как может солнце с лучами расстаться?
   Услышав это, все, кто был у ларька, заплакали, и так хороши были эти стихи, что других стихов в очереди уже не читали.
   * *
 


ЗА НАРОДНОЕ ДЕЛО

немой и нецветной киносценарий

   З а т е м н е н и е.
   Т и т р ы.
   З а т е м н е н и е.
   Панорама Ленинграда. Петропавловская крепость в лучах заходящего солнца. Небо в тучах. При музыкальном сопровождении - звучит отважная музыка.
   З а т е м н е н и е.
   Т и т р: ПЕТРОГРАД. НАЧАЛО ВЕКА.
   З а т е м н е н и е.
   Комната. Утро. Посредине комнаты - круглый матерый стол с полусдернутой скатертью. На столе и под столом стоят и лежат бутылки, стаканы, грязные тарелки, окурки.
   Панорама комнаты. Сундук, шкаф, олеография "Бурлаков"  Репина,  оттоманка. На оттоманке под ватником и тряпьем спят два человека.
   Т и т р: УТРО ЗАСТАЛО МАКСИМА И ФЕДОРА В ГОСТЯХ.
   Камера наплывает на оттоманку. Федор, сбросив с себя ватник,  встает, тревожно оглядывается, подходит к столу, тычет в тарелки пальцами, отходит. Совершает несколько бесцельных кругов по комнате, часто останавливаясь и прислушиваясь к чему-то. По движениям и  выражению  лица  Федора заметно, что он очень хочет в туалет, но стесняется искать его в  незнакомой квартире. Подходит к двери, осторожно приоткрывает ее. Через некоторое время так же осторожно закрывает. Подходит  к  оттоманке,  садится рядом со спящим Максимом, закуривает. Камера долгое время  сосредоточена на курящем Федоре и лежащем под тряпьем Максиме. Дым стелется по  комнате. За окном туман. (Своей  унылостью  кадр  напоминает  тот  эпизод  из фильма Карне "Утро начинается", когда в комнату героя забрасывают гранату со слезоточивым газом.) Федор встает, подходит к столу, тычет пальцами в тарелку. Идет к окну, но останавливается посередине комнаты. Камера находится за его спиной: видна согбенная фигура Федора и часть комнаты.
   Неожиданно крышка подпола, до сих пор незаметная, открывается,  взметая пыль. Спина Федора вздрагивает, из его штанины вытекает струйка мочи и ползет по полу. Из подпола динамично  выходят  человек  двадцать  подпольщиков, у них сосредоточенные твердые лица.
   Не обращая внимания на окаменевшего Федора, подпольщики быстро идут к двери. Они идут такой плотной, слитой массой,  что,  кажется, будто от подпола к двери вылезает большое животное вроде тюленя.  Некоторые  подпольщики очень большого роста, а некоторые такие маленькие, что  семенят под полою у остальных.
   После того, как подпольщики выходят, Федор минуты три стоит неподвижно, затем бросается к  окну, приподнимает кружевную занавеску,  жадно смотрит.
   Вид из окна: группа подпольщиков, сметая прохожих, удаляется по улице.
   Федор бросается к оттоманке, толкает и трясет спящего Максима. Крупным планом необычайно взволнованное лицо Федора, что-то кричащего.
   Т и т р: МАКСИМ! МАКСИМ! ПРОСНИСЬ! ПРОСНИСЬ! РАДИ БОГА! Я ВИДЕЛ  ПОДПОЛЬЩИКОВ! ОНИ БОРОЛИСЬ ЗА ПРАВОЕ ДЕЛО!
   Максим поворачивается, у него нехорошее злое лицо. Чуть подняв голову, он что-то говорит и снова ложится, натягивая
ватник себе на затылок.
   Т и т р: ДА ПОШЕЛ ТЫ В ЖОПУ СО СВОИМИ ПОДПОЛЬЩИКАМИ!
   З а т е м н е н и е.
   Т и т р: КОНЕЦ ФИЛЬМА.
   ............................

ПЕСНЬ О МОЕМ МАКСИМЕ

эпос в двадцати четырех тирадах

   I
   В то утро Федор встал пораньше,
   Пошел на кухню.
   Там стояло
   штук пять бутылок с "Жигулевским",
   пять с "Мартовским",
   а пять с "Адмиралтейским"
   и прочих всяких пив немало.

   II
   Уже светало.
   Высветлялся на столе
   изящный контур этих всех этих бутылок.
   Их силуэт будил сознанье, тешил глаз,
   творенье Гауди скрытым ужасом напоминал.

   III
   Не ведая ни страха, ни упрека,
   Федор
   схватил бутылку с "Жигулевским" пивом
   и шаркнул ею, как мечом, о край стола.
   Взметнулась пробка, пиво полилось,
   и кот, лежащий под столом,
   то пиво стал лакать с протяжным стоном.

   IV
   Все неподвижно стало.
   Федор как горнист стоял.
   Кадык катался вверх и вниз по мощной шее.

   V
   Допив бутылку,
   взял другую
   Федор
   И пробку лихо сковырнул ногтем.
   Плеснуло пиво сильно, как фонтан.
   Ловил его губами трепетными Федор,
   Махал руками и смеялся, как дитя.

   VI
   Но, не допив, остановился
   И долго молча так стоял,
   Прислушиваясь в внутреннему чувству.
   В окно глядел
   Орлиным
   Цепким взором.

   VII
   Там воспаленный обруч плыл
   Над бледным городом.
   Сквозь гниль и новостроек скуку
   Туман струился,
   Словно силясь смыть
   Убогий труд царей природы.
 

   VIII
   Туман на диво был силен.
   И Федор,
   как ни напрягался,
   Не разглядел, чего хотел увидеть -
   Ларька пивного не увидел он.

   IX
   Пытлив умом был Федор,
   но не мудр.
   Не разгадав явления природы,
   Решил он,
   что ларек снесли за ночь.

   X
   Однако
   скорбь с чела согнав,
   Бутылку в длань взял крепко
   Федор
   И выпил.
   И еще открыл, и пил.
   И выпил много всяких пив,
   как вдруг послышалось: ПАФ! ПИФ!
   Упал в испуге Федор,
   хотя и был неробкого десятка.

   XI
   А что случилось?
   То Максим,
   рукою твердою бутылку открывая,
   не рассчитал усилья с похмелюги,
   бутылку уронил и сам упал,
   и звук, подобный выстрелу, раздался.

   XII
   Порубанному витязю подобен,
   Максим лежал, раскинув гордо руки.
   Как павший славной, но безвинной смертью,
   был Федор, возлежавший рядом с ним.
   Поодаль кот стоял с зловещим видом,
   подобно ворону на поле брани.

   XIII
   Но Федор встал и,
   хмуря брови,
   случившееся силился постичь.
   Максим поднялся,
   Федора ругая
   и местью лютою
   ему грозя за что-то.
 

   XIV
   Вину свою не понимая, Федор
   взял "Мартовское" и пластичным жестом
   зубами пробку сковырнул,
   но пить не стал -
   Максиму предложил галантно пиво.
   Максим надменно дар отверг.
   Взял сам бутылку
   и вскрыл ее ножом столовым,
   всего себя изрезав, правда,
   и пиво все почти пролив.

   XV
   Допив, что осталось, Максим взял пачку "Беломора"
   и тюкнул ее в донышко.
   Так пушкинский Балда мог тюкнуть мужика!
   И папироса, вылетев,
   упала в лужу пива на полу и вымокла.

   XVI
   Максим вторично тюкнул,
   вынул папиросу
   и дунул сильно в ейное нутро.
   Могучий муж не поскупился на усилье
   и выдул весь табак из ейного нутра.

   XVII
   Тут Федор, мастерски размяв по папиросе,
   Максиму дал с приятною улыбкой прикурить.

   XVIII
   Паленым потянуло.
   С мерзким криком кот
   метнулся в лужу пива
   и по ней катался:
   Попал в кота, бросая спичку, Федор.

   XIX
   Друзья тому изрядно посмеялись.
   В знак примиренья Федор
   взял пару "Мартовского",
   их сцепил и дернул.
   Открылись обе.
   Столь был муж искусен!

   XX
   А между тем туман рассеялся.
   Багровое светило
   дугой скользнуло так,
   как будто обходило стороной убогий край.

   XXI
   Друзья, допив,
   поставили бутылки
   и взяли новые,
   С "Адмиралтейским" пивом.
   Но, не допив,
   Максим ушел мочиться.
 

   XXII
   Вернувшись,
   он бутылку вскинул
   и к непокорным приложил устам.
   Но тотчас, фыркнув,
   взад ее поставил.

   XXIII
   Оказывается,
   что пока Максим мочился,
   Долил бутылку водкой Федор.
   Максим весьма отменной шутке посмеялся,
   Признав, что Федор
   в чем-то поумнел.
   И в знак приязни
   С ершом бутылку допил без боязни
   До конца.

   XXIV
   И много что потом произошло.
   Но эпос свой на том закончу, право,
   Причину написанья исчерпав:
   С утра хотел я сильно выпить пива,
   Но в творчестве желание изжил.
 

   !!!!!!! !!!!!!! !!!!!!! !!!!!!!
   !!!!!!! !!!!!!! !!!!!!!
 

ФИНИТ АЛЯ ТРАГЕДИЯ

трагедия

   ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ.
   Поднимается тяжелый желто-зеленый занавес. На сцене - комната М_а_к_с_и_м_а  и  Ф_е_д_о_р_а.  На низко просевшей раскладушке спит М_а_к_с_и_м. У него нехорошее недоброе лицо.
   Над раскладушкой висят репродукции и фотографии, вырезанные из журналов "Пробуждение" и "Солнце России". Посредине сцены - стол. На столе и под столом - грязные тарелки, пустые и  ополовиненные  бутылки,  окурки, несколько стаканов. За столом сидит крепко  задумавшийся  Ф_е_д_о_р.  По сцене бегает кот.
   Ф_е_д_о_р наливает себе стакан вина, залпом выпивает. Опускает голову на грудь, не двигается - видимо, засыпает. Вся сцена представляет  собой тяжелое,  пасмурное  зрелище.  Неприятна   неинтеллигентность   движений Ф_е_д_о_р_а, его манера тянуться к бутылке, роняя стоящую на пути  посуду.
   Все с начала и дальше, до самого конца, начинает казаться ужасной мурой.
   Между тем на сцене ровно ничего не происходит в течении  сорока  пяти минут, после чего занавес опускается.

   ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ.
   Занавес поднимается, на сцене все то же. Проходит сорок  пять  минут. Зрители начинают думать, что попали на авангардистский спектакль,  и  до самого конца будут показывать спящих Максима и Федора; но тут неожиданно освещается второй план сцены, на котором  происходят  столь  напряженные события, что публика не успевшая покинуть театр, должна бы почувствовать себя вознагражденной.
   Это надо видеть.
   На втором плане сцены действует множество персонажей, в том  числе и неизвестно как сюда попавших.
   Это: Дух МАКСИМА, Дух ФЕДОРА, Дух ПЕТРА, Дух ВАСИЛИЯ,  Духи ЯПОНСКИХ ДРУЗЕЙ, Духи различных ИЗЯЩНЫХ ДАМ,

   в том числе: Дух ПРОДАВЩИЦЫ В ВИННОМ ОТДЕЛЕ и Дух ПРОДАВЩИЦЫ В ПИВНОМ ЛАРЬКЕ

   (а как вы думали? Что они, хуже?)

  Духи СОСЕДЕЙ ПО КВАРТИРЕ,
  Духи ПОДПОЛЬЩИКОВ,
  Духи ПРОХОЖИХ НА УЛИЦЕ,
  Дух И.КОНСТАНТИНОВА,
  Дух ХОКУСАЯ,
  Дух РАНСЭЦУ,
  Дух Д.СУДЗУКИ,
  Дух А.ГАУДИ,
  Дух А.С.ПУШКИНА
   А также множество других ДУХОВ, вплоть до ДУХОВ ЗРИТЕ-
 

ЛЕЙ В ТЕАТРЕ.
   Причудливую картину отношений всех этих духов трудно описать. Некоторые духи видят всех или почти всех остальных духов, некоторые - только часть, некоторые - только себя, а есть духи, которые и в собственном существовании не уверены. Забавно, что иные из духов видят у себя, да и у остальных, пожалуй, только отдельные части тела,  например, кулак, которым и лупцуют по чему ни попадя. Столь же неприятны духи, которые вообще ничего не видят - они бодро разгуливают по сцене, пребольно толкая остальных.
   Несмотря на сумятицу и гвалт, видно, что в центре внимания многих духов находятся спящие М_а_к_с_и_м и Ф_е_д_о_р. Кто смотрит на них с презрением, кто - с негодованием, кто - с жалостью, кто - со смехом, кто - с пониманием, кто - с любопытством, ну и по-всякому. Д_у_х М_а_к_с_и_м_а и Д_у_х Ф_е_д_о_р_а смотрят с неопределеным выражением.
   Второй план сцены начинает постепенно погружаться в темноту. Духи  по одному исчезают, шум стихает. Последними исчезают Д_у_х_и  М_а_к_с_и_м_а и Ф_е_д_о_р_а. В наступившей тишине  слышны  их  последние  малопонятные реплики:
   Д_у_х М_а_к_с_и_м_а: Он просыпается...
   Д_у_х Ф_е_д_о_р_а: Но нем...
   Второй план в темноте. Федор поднимает голову. Желтозеленый занавес опускается, однако прежде чем он совсем скрыл сцену, видно, как Ф_е_д_о_р тянет руку к бутылке.


шпилька гост 22038 -76;пошаговые уроки по созданию fps на юнити 3д;интернет магазин гидра

Copyright © 2000-2019 Asteria